Жила-была девушка. Обычная такая девушка, не принцесса совсем. Современная. Вполне симпатичная. Даже красивая, я бы сказал. Носик курносый, глазки чуть раскосые, волосы густые на затылке гребешком заколоты. Стройная, грудь торчком — аппетитная такая! Одеваться любила ярко: то сарафанчик в горошек наденет, или платьишко в алых маках, а то — топик жёлтый с красной мини-юбочкой, аж в глазах от яркости рябит! Вот, значит... Её за то и прозвали курочкой Рябой. Любя, конечно. А уж весёлая! Если у кого свадьба или поминки — Ряба там обязательно, всегда звали! Она и шуток нашутит, и анекдотов свежих, и танец ламбаду запросто, или хоть вприсядку даже! А как выпьет чего покрепче квасу, так частушки заведёт: голосистая —  спасу нет! Ни один мальчишник без неё не обходился, что и говорить — своим парнем была девушка. Соберутся ребята, скажем, в баньку — опять же Рябу с собой зовут. Заодно, глядишь, и помоются... Конечно, от такой весёлой жизни иногда и на сносях Ряба оказывалась, чего уж там... Но всех детишек непременно в Дом Малютки сносила, пристраивала. Однажды даже от заморского заезжанца понесла, вундеркинд народился. Красивый парнишечка получился, в маму; золотистый хохолок на макушке, улыбчивый, всё «гули-гули» сам себе щебетал — золото, а не пацан! Тому больше всех свезло: папашка его в англицкий пансион какой-то пристроил. Пожизненный. В Бедлам, кажется. Вот, значит... Но годы, они ж, как семечки, и не заметишь, как слузгаешь. Так и у Рябы нашей: голосок звонкий осип, грудка обвисла, волосики поредели. В шутках юмора поубавилось, всё больше сарказма. Анекдоты старые. Ламбада из моды вышла. На мальчишники перестали звать, на свадьбы тоже... Так, изредка разве, по старой памяти, на День Победы пригласят, ветеранов подзадорить. Скучная жизнь у Рябы настала. И как-то сама собой из прозвища первая буква потерялась. Теперь «баба Яба» величают...

Additional information