Слово «мещанин» за годы Советской власти приобрело стойкий негативный смысл, стало нарицательным. Например, братья Стругацкие характеризуют мещанина, как индивидуалиста, эгоиста, довольного собой и всегда уверенного в себе, недоступного для идей глупца; он ленив интеллектуально, уверен, что смысл жизни заключается в удовольствиях и развлечениях, а работа является лишь средством к добыванию денег и славы. А.М. Горький замечает: «одно из свойств мещанской души - раболепие, рабье преклонение перед авторитетами». Большая Советская энциклопедия: «мещанами называют людей, взглядам и поведению которых свойственны эгоизм и индивидуализм, стяжательство, аполитичность, безыдейность».


Так кто такие мещане? В толковом словаре Даля дано следующее определение: «мещанин - горожанин низшего разряда, состоящий в подушном окладе и подлежащий солдатству; к числу мещан принадлежат также ремесленники, не записанные в купечество»; по словарю Ефремовой мещане - «городское сословие, преимущественно состоящее из мелких торговцев, ремесленников, низших служащих и т.п. в Российском государстве до 1917г.»
По «Жалованной грамоте городам» (1785г.) наименование «мещане» имело три значения: 1) городовые обыватели, 2) среднего рода люди («среднего рода людей или мещан название есть следствие трудолюбия или добронравия, чем и приобрели отличное состояние»), 3) мелкие торговцы и ремесленники.


В украинском, польском, белорусском языке сохранилось славянское «место», «място» - «город». Отсюда и пошло название сословия «мещанин» - горожанин (кстати, немецкие бюргеры и французские буржуа имеют тот же смысловой корень: burg - город). Мещанство берёт начало от посадских (жителей городов и посадов) Московской Руси, в основном - мелких ремесленников и торговцев.    Будучи основными плательщиками налогов и податей, мещане, наряду с купцами, относились к категории «правильных городских обывателей»: «К числу традиционных мещанских ценностей, составлявших основу менталитета средних городских слоев, можно отнести личную ответственность, чувство долга в семейной жизни, уважение к труду, почитание старших по возрасту, религиозность. Они ценили труд не только как источник средств к существованию, но и как возможность помочь своим близким, соседям. Усыновление сирот, раздача милостыни были обычными в мещанской среде. Широко употреблявшееся ранее выражение «мещанский стиль» характеризовало комплекс эстетических воззрений, присущих основной массе мещанства». (Шрейдер Г.И., Город и Городовое положение 1870 года // История России в 19 веке. Т.4. СПб., 1908-1909).

Становлением сословия мещан стала организация сословий при Петре I, когда все городские обыватели («регулярные граждане») получили общее наименование «мещане». Принадлежность к мещанству оформлялась записью в городовой обывательской книге. Звание мещанина было наследственным и потомственным. Мещане по регламенту Главного магистрата 1721 г. были разделены на две гильдии и цехи. К первой гильдии были отнесены банкиры, знатные купцы («гости»), городские доктора, аптекари, лекари, шкиперы купеческих кораблей, ювелиры, иконники и живописцы; ко второй - все те, «которые мелочными товарами и харчевыми редкими припасами торгуют, а также рукомесленные: резчики, токари, столяры, портные, сапожники и им подобные». Ремесленники, входившие в состав второй гильдии, подразделялись, в свою очередь, на цехи, созданные по профессиональной принадлежности.
Окончательное оформление мещанского сословия происходит путем узаконений Екатерины II, касающихся управления городов. 30 июля 1767 года Екатериной Второй был дан Наказ Комиссии о сочинении проекта Нового Уложения. Глава 16 называется: «О среднем роде людей». В статье сказано: «В городах обитают мещане, которые упражняются в ремеслах, в торговле, в художествах и науках. Сей род людей, о котором говорить надлежит, и от которого государство много добра ожидает, если твердое на добронравии и поощрении к трудолюбию основанное положение получит, есть средний. Оный, пользуясь вольностью, не причисляется ни ко дворянству, ни к хлебопашцам. К сему роду людей причесть должно всех тех, кои, не быв дворянином, ни хлебопашцем, упражняются в художествах, в науках, в мореплавании, в торговле и ремеслах». Записаться в мещане мог любой городской житель, который имел в городе недвижимую собственность, занимался торговлей или ремеслом, платил подати и исполнял общественные службы.


Как видно из всего вышеизложенного, мещанин - добропорядочный, законопослушный и работящий человек, средний класс, основа Российской, да и любой другой, государственности (в 1811 году в России было 949,9 тыс. мещан, что составляло 35 % городского населения, в 1897 — 7449,3 тыс. (44 %)). За что же Советы так невзлюбили мещан? Революционным движением в России руководили в первую очередь дворяне (В. Ульянов, Ф. Дзержинский, Г. Плеханов и другие); люди образованные, они прекрасно понимали значение среднего класса. Увлечь революционным движением людей, ценящих стабильность – задача нереальная. И свергнуть строй, не сломав и не сломив средний класс, невозможно. Именно поэтому сразу после пролетарской революции 1917 года началось не только физическое, но и моральное уничтожение мещанства как класса, как образа мышления. Думаю, не последнюю роль в этом уничтожении сыграл и дворянский снобизм по отношению к «низшему сословию».
После развала СССР многие наши соотечественники бросились разыскивать дворянские корни; к модной «голубой крови» примазалось немало и тех, чьи предки были крестьянами, мещанами или купцами. А я горжусь своими мещанскими корнями: мои давно умершие родственники были мастеровыми, рыбаками, мореходами – людьми, на чьих плечах держалась и до сих пор держится Россия. В конце концов, главное – не формальная принадлежность к какому-либо сословию, а понимание того, что в жизни возможна лишь одна остановка. После которой жизни нет.

Как просто: сказать себе - «Стоп!» -
достиг. Что хотел – совершил.
Стоишь ты надёжно, как столп,
и нет тебя круче вершин;
и нет вроде веских причин,
чтоб дерзко и ярко гореть…
Украсившись сетью морщин,
ты хочешь спокойно дотлеть?
За ливень сойдёт мелкий дождь,
а за ураган – ветерок,
за правду – красивая ложь?
Но жизнь снова по носу – щёлк! –
слетит одуванчиком спесь,
из князей – да в омут трущоб!
Вот тут и поймёшь, кто ты есть,
что можешь. И можешь ль ещё…
…как просто: сказать себе - «Стоп!»…

Additional information